Алена всегда была тихой и незаметной. Она работала в маленькой районной библиотеке, где дни проходили размеренно: выдавала книги, расставляла их по полкам, иногда читала вслух пожилым посетителям. Ей нравилось это спокойствие. Вечерами она репетировала монологи Джульетты перед зеркалом в своей крошечной комнате. Мечтала, что однажды на сцене местного Дома культуры все увидят её настоящую, ту, которой она сама в себе почти не верила.
Жизнь текла предсказуемо, пока не наступил тот обычный мартовский день. Алена возвращалась домой с работы, в руках пакет с йогуртом и пачкой овсяных хлопьев. На переходе она чуть не столкнулась с высокой женщиной в дорогом пальто. Блондинка посмотрела на неё сверху вниз, коротко фыркнула и пошла дальше. Алена хотела что-то сказать, но в голове вдруг стало темно. Она почувствовала, как ноги подкашиваются, а потом просто провалилась куда-то.
Очнулась она уже в больничной палате. Белые стены, запах лекарств, писк приборов. Алена попыталась сесть, но тело слушалось плохо. Она посмотрела на свои руки — длинные, ухоженные, с ярким маникюром. Это были не её руки. Она тронула лицо — гладкая кожа, высокие скулы, тяжёлые ресницы. В зеркале над раковиной отражалась совсем другая женщина: красивая, уверенная, с идеальной причёской. Та самая блондинка с перехода.
Сначала Алена решила, что это сон. Потом — что она сошла с ума. Но медсестра назвала её по имени, которого Алена никогда не носила. В палату вошёл мужчина в дорогом костюме, назвал её любимой и начал говорить о каких-то встречах, контрактах, съёмках. Оказалось, что теперь она — Виктория Лебедева, известная актриса, которую все знают по сериалам и рекламе. А настоящая Виктория, судя по всему, осталась где-то там, в теле скромной библиотекарши.
Дальше началась самая странная неделя в жизни Алены. Ей пришлось учиться ходить на высоких каблуках, отвечать на звонки от продюсеров, улыбаться журналистам. Она боялась каждого слова, потому что не знала ни биографии этой женщины, ни её привычек, ни того, с кем она должна быть холодной, а с кем ласковой. Но постепенно страх отступал. Алена замечала, что в этом новом теле ей легче дышать. Люди слушали её. Её реплики звучали громче. Её смех вызывал улыбки.
Иногда по ночам она вспоминала свою старую жизнь. Маленькую квартиру, стопки книг на подоконнике, старенький плеер с записью шекспировских сонетов. Ей было жаль ту Алену. Но ещё больше ей было жаль упустить шанс, который каким-то невероятным образом оказался у неё в руках. Она начала репетировать. Не монологи Джульетты, а настоящие сцены из сценариев, которые лежали на столе у Виктории. И с каждым днём ей нравилось это всё больше.
Она не знала, вернётся ли когда-нибудь в своё тело. Не знала, что случилось с той, другой Аленой. Но пока она стояла перед зеркалом в гримёрке, нанося помаду на чужие губы, внутри неё что-то менялось. Впервые в жизни она чувствовала, что может быть кем угодно. Не просто мечтать о сцене, а стоять на ней по-настоящему. И пусть это тело не её, зато голос — уже её собственный.
Читать далее...
Всего отзывов
0